Д. Диллоу. Говорение на иных языках

14:00
1653
-
Д. Диллоу. Говорение на иных языках
Содержание:
Глава 1. Что такое дар иных языков, и какова его цель?
Глава 2. Крещение Духом Святым, что в нем хорошего, и как я могу знать, что крещен Духом Святым?
Глава 3. Получают ли дар Святого Духа после обретения спасения?
Глава 4. Предназначен ли дар иных языков для всех, и должны ли о нем ревновать все верующие?
Глава 5. Какие условия нужно выполнить для получения Духа Святого?
Глава 6. Забран ли дар иных языков от Церкви?
Глава 7. Факторы, относящиеся к Божьему завету с Израилем
Глава 8. Факторы, относящиеся к периоду основания Церкви
Глава 9. Факторы, относящиеся к составлению канона Священного Писания
Глава 10. Факторы, относящиеся к удостоверению личности Иисуса Христа и Его Апостолов
Глава 11. Факторы, относящиеся к историческому прекращению говорения на иных языках
Глава 12. Что означает феномен говорения на иных языках в наше время?
Глава 13. Повторение Коринфа?


Глава 1. Что такое дар иных языков, и какова его цель?

В начале нынешнего века на американской религиозной сцене появился новый религиозный феномен. Насколько нам известно, это новое переживание впервые испытала Агнес Озман 1-го января 1901 года. Тогда она была студенткой Библейского Колледжа "Вифания" в городе Топек, штат Канзас. Хотя она и не была первой в наше время, говорящей на "иных языках", она, очевидно, первая получившая такое переживание в результате ревнования о "крещении Духом Святым" с ожиданием говорения на иных языках. После этого большинство пятидесятников учат, что о "крещении Духом Святым" нужно ревновать после обращения и что доказательством такого крещения есть говорение на иных языках.

С того времени, переживание говорения на иных языках перекинулось через все деноминационные барьеры, и можно с полным основанием сказать, что в Соединенных Штатах пятидесятничество — это третья сила в христианстве после католицизма и протестантизма. В это движение входят представители всех социальных и этнических слоев американского населения. Но это также поистине всемирное движение. Многие говорят на иных языках и считают, что это важная часть их служения Богу.
Новое ударение, делаемое в церквах, привлекло особое внимание к доктрине о Духе Святом и духовным дарам, о которых говорится в Новом Завете. Всего в Новом Завете перечислено 21 дар Духа Святого: пророчество, служение, учение, ободрение, раздавание, начальство, благотворительность (Рим.12:6-8); и в Послании к Коринфянам добавлены следующие дары: безбрачие (1Кор.7:7), мудрость, знание, вера, исцеление, чудотворение, различение духов, иные языки, истолкование, управление, апостольство (1Кор.12). Мы к этому добавили евангелизм, пасторство (Ефес.4:11) и дар общественного служения (Деян.6:2-4). Эти дары представляют собой особые способности, данные верующим с целью устроения Тела Христова. Некоторые из них носят явно сверхъестественный характер, однако, Бог со всей очевидностью иногда использует для служения на Его ниве также природные человеческие способности. Как видно из названия этой книги, она посвящена одному из этих двадцати одного даров, а именно: дару говорения на иных языках.
Необходимо отметить, что "путешествие", на которое мы отважились направиться, иногда будет требовать от нас интенсивных раздумий и сопряжено со многими противоречиями. Мое желание заключается в том, чтобы мы рассмотрели разные противоречия, не впадая в противоречия! Для автора этой книги вера в человека, в дары Духа Святого не должна служить определяющим фактором в вопросе христианской любви. Я не желаю добавлять "масла в огонь" и усиливать разделение, которое уже возникло среди многих верующих. Я хочу обратить внимание на истину, как например: "Что учит Библия?" Конечно, речь идет о том, как я понимаю учение Библии и, несомненно, будут такие, кто со мной не согласится. Пусть сам читатель судит о том, изложена ли в этой книге Библейская истина. Я считаю, что именно Библия, а не чувства, должна быть окончательным авторитетом в решении подобных вопросов.
Первая глава данной книги посвящена самому первому вопросу, возникающему при рассуждении над этой темой: "Что же такое иные языки?" А также: "Каково их назначение?" Прежде чем говорить об иных языках, нужно дать определение того, о чем мы говоРим.Идет ли речь об иностранных языках? Или об ангельских языках? Или же о неразборчивом бормотании? И почему с самого начала был дан этот дар?
Является ли он признаком спасения, или знамением более близкого взаимоотношения с Богом, или же знамением последнего времени? Бог должен был иметь особую причину для того, чтобы дать этот особый дар.
Давайте углубимся во все эти вопросы...

Природа дара говорения на иных языках

Многие представители харизматического движения (мы будем называть их пятидесятниками или харизматами) считают, что в Новом Завете идет речь о двух видах говорения на иных языках. В Деяниях, во 2-ой главе речь идет об иностранных языках, а в 1 Коринфянам 12 речь идет о воздыханиях в экстазе или же о небесных или ангельских языках.
Для того чтобы разобраться в этом вопросе, нам нужно кратко остановиться на том, что предшествовало говорению на иных языках в коринфской церкви.

Посещение Коринфа

Коринф был крайне развращенным городом, полным языческих суеверий и идолов. В культуре поклонения богине Диане использовалось особое бормотание на непонятном языке. Об этом акте идолопоклонства апостол Павел упоминает в 1Кор.12:2, говоря о "безгласых идолах".
В 1Кор.14:2 и 13:2 апостол Павел говорит о "тайне". Это указание на языческие идолопоклоннические тайны, о которых хорошо знали в Коринфе, поскольку в языческих религиях это слово относилось к определенным секретам, известным только особо посвященным. Такие посвященные в эти секреты претендовали на то, что они находятся в особой взаимосвязи с духовным миром через посредство эмоциональной экзальтации, особых откровений, совершения чудес и говорения на незнакомых языках, открываемых им духами.
Говорение в состоянии экстаза было важной частью коринфских языческих религий. Считалось, что слова посылаются богами или духами священникам или особо посвященным, находящимся в состоянии экстаза. Те, кто мог переживать подобное, считали, что им дана особая привилегия иметь близкий контакт с богами, чего нельзя было достичь, говоря на своем родном языке. Произносимые слова были непонятны говорящему, но считалось, что их понимают боги или духи.
Киттель говорит о том, что "произношение слов или звуков, не имеющих значения" было частью идольского служения в Коринфе и подчеркивает, что оно было широко распространено в различных культах древней Греции.
Таким образом, в 14-ой главе 1 Послания к Коринфянам Павел говорит об ошибке, которую допустили коринфские верующие, а именно: они стали использовать говорение на иных языках в той же манере, как это делали язычники. Они вспомнили о своем прежнем служении богине Диане и действительно стали подобным же образом использовать дар говорения на иных языках.
Такой подход к Богу обеспокоил апостола Павла. Для того чтобы говорить с Богом, не требовалось особого дара. Сам Иисус Христос не говорил с Отцом Небесным на небесном или ангельском языке. Все духовные дары были даны для служения людям. То, что с Богом нужно говорить на "божественном языке", было языческим понятием. Верующий в Христа знает, что его сердце стремится к Богу, а Бог знает сердечные помышления лучше, чем сам человек.
Однако апостола Павла больше всего волновало устроение всего Тела Христова, чему стало препятствием неправильное отношение коринфян к дару иных языков. Когда коринфяне еще были язычниками, то верили, что через говорение на непонятных языках, они говорили с богами о каких-то тайнах. Преимущество присваивалось говорившим, тогда как другим от этого не было никакой пользы. При этом возносилось самомнение говорившего, и он считал, что занимает особое положение перед богом (идолом). При этом он и не думал о благе для всех присутствующих. Такому самолюбивому отношению апостол Павел противопоставляет христианское отношение к ближним: "… старайтесь обогатиться ими к назиданию церкви" (1Кор.14:12б).

Суеверие тогда и теперь

Хочу провести параллель между коринфской церковью и некоторыми верующими в наше время в их отношении к суеверию. Основа любого суеверия — это неполное знание о Боге. Суеверия проникают в церковь тогда, когда в ней нет ясного познания Слова Божьего. Толковый словарь дает следующее объяснение слову суеверие: "Вера, или представление, независимо от того, каким путем они пришли, в сверхъестественную сущность определенных вещей, обстоятельств, событий и т.п." Когда язычники приписывают особую духовную силу экстатическим высказываниям, не имеющим смысла, то это и есть суеверие. Современные христиане должны основывать свою веру на Библейских истинах, а все другое должно рассматриваться как суеверие, внесенное извне в христианское учение. Современные многие представления о Духе Святом не основаны на истине из-за недостаточного знания учения Священного Писания. Поэтому, когда мы будем рассматривать то, что говорит Библия о даре иных языков, будем проверять наши доктрины — не являются ли они своего рода суеверием! А теперь снова обратимся к коринфянам.

Два рода иных языков?

Как уже упоминалось выше, общая позиция харизматического движения заключается в том, что существует два вида говорения на иных языках, о которых говорится в Библии. В Деяниях Апостолов, во 2-ой главе речь идет о говорении на известных на земле языках. Однако в 1 Коринфянам 12-14 ясно говорится об экстатическом говорении. Некоторые пятидесятники и неопятидесятники, напротив, считают, что говорение, о котором сказано в Коринфянам и в Деяниях, — это одно и то же экстатическое говорение.
Важно заметить, что точка зрения на говорение на иных языках как на экстатическое говорение, возникла вместе с отрицанием всего сверхъестественного и критическим отрицанием истинности Библии, которые были характерны в некоторых кругах в 18-ом и 19-ом веках. Тогда критики пытались говорение, о котором идет речь в 14-ой главе 1 Послания к Коринфянам, полностью отождествить с экстатическим говорением, присущим языческим религиям. Их основная цель заключалась в том, чтобы убрать из Библии все сверхъестественное. К такому приему прибегли и переводчики "Новой Английской Библии", переводя древнегреческое слово "глосса" как "экстатическое говорение". Переводчики внесли в переводимый ими текст Библии свое собственное убеждение, отрицающее все сверхъестественное и не позволили тексту говорить самому за себя. Хотя слово "глосса" можно перевести как "экстатическое говорение", однако, это не представляется обычным значением этого слова.
Имея в виду вышесказанное, давайте рассмотрим место Св. Писания, часто используемое пятидесятниками для доказательства того, что в Новом Завете идет речь о двух разных говорениях на иных языках. В 1 Коринфянам 14:2 читаем: "Ибо, кто говорит на незнакомом языке, тот говорит не людям, а Богу, потому что никто не понимает его, он тайны говорит духом".
На основании этих слов утверждают, что язык, о котором здесь идет речь, является неземным языком, поскольку никто, кроме Бога не понимает его. Однако, этот язык может быть непонятным, и раз никто из присутствующих не понимает того, о чем говорится, то эта речь, конечно же, может быть направлена только к Богу.
"Тайна", о которой здесь идет речь — это тайна, о которой коринфяне знали тогда, когда были неверующими во Христа. Использование дара иных языков, для того чтобы при обращении к Богу "тайны говорить духом", как это они делали во время поклонения Диане, было ошибкой.
В этом проявилось суеверие, что такое поведение особенным образом приближает их к Богу.

Молитва каким духом: Святым или человеческим?

1Кор.14:13-15 — "А потому говорящий на незнакомом языке молись о даре истолкования. Ибо, когда я молюсь на незнакомом языке, то, хотя дух мой и молится, но ум мой остается без плода. Что же делать? Стану молиться духом, стану молиться и умом; буду петь духом, буду петь и умом".
На основании этого места часто утверждают, что два вида говорения на иных языках заключаются в следующем: одно из них связано с духом (экстатическое говорение), а другое — понятный (известный) язык.
Но давайте посмотрим — об этом ли говорит это место?
Все молитвы исходят из человеческого духа ("дух мой" — ст.14), а потому любая молитва — это молитва духом несмотря на то, что произносится она на своем или ином языке. Когда кто-то молится на ином языке, то молится его дух, но согласно словам апостола Павла, ум в этом не принимает участия. А потому, продолжает он, когда кто молится, то нужно, чтобы в этом принимал участие и разум, чтобы он молился на своем языке. Противопоставление здесь сделано не "молитвы духом" (молитвы на ином языке) против молитвы "не духом" (молитвы на родном языке). Поскольку любая молитва — это "молитва духом", то противопоставляется молитва в духе без понимания сказанного (иным языком) и молитва в духе с пониманием сказанного (на родном языке), которой по словам Павла (ст.19) как раз и отдается предпочтение в церкви.

Выражение "на незнакомом языке"

Слово "незнакомом", которое употреблено в стихах 2, 4, 13, 14 и 19 истолковывается некоторыми как указание на то, что апостол Павел имеет в виду язык, неизвестный на земле. Однако его в греческом тексте нет, а потому на нем не стоит строить доктрину.

Языки ангельские

В 1 Коринфянам 13:1 мы читаем: "Если я говорю языками человеческими и ангельскими..." Некоторые считают, что "языки человеческие" — это земные языки, такие, о которых, например, речь идет во 2 главе Деяний, а "языки ангельские" — это небесные языки, которые используются для личной молитвы и прославления Бога.
Но так понимать это место — значит читать больше того, что написано. Апостол Павел просто делает преувеличенное, предположительное сравнение для того, чтобы подчеркнуть свою основную мысль, а именно: язык, на котором я говорю, не имеет никакого значения, если я не имею любви. Говоря о "языках ангельских", он предполагает гиперболическую возможность, что есть нечто большее, чем дар иных языков, а именно: способность говорить ангельскими языками. Он не утверждает, что такой язык существует.
То, что апостол Павел выражается гиперболически, подтверждается словом "все" в последующих стихах. "Если имею дар пророчества, и знаю все тайны, и имею всякое познание и всю веру, так что могу и горы переставлять..." (1Кор.13:2). "И если я отдам все имение мое..." (1Кор.13:3).
Павел не говорит, что возможно знать все тайны или иметь все знания или что он передвигал горы своей верой. А потому он не говорит, что ангельские языки на самом деле существуют. Он выражается в гиперболической форме. Конструкция предложения на древнегреческом языке указывает на то, что это условное предложение и означает, что то, о чем в нем говорится, может быть на самом деле, но может и не быть.
Но даже, если согласиться с тем, что апостол имеет в виду фактический ангельский язык, мы не можем сделать заключение, что человек может говорить на ином языке или что именно говорение на ином языке и есть говорением на ангельских языках.
О чем действительно говорит апостол Павел, так это о том, что если бы человек и мог говорить этими языками, то это не имело бы никакого значения, если бы он не имел любви. Поэтому мы видим контраст или противопоставление не двух видов существующих языков, а противопоставление дара иного языка, реально существующего, языку гиперболическому, который мог быть еще лучшим.
Мы можем перефразировать слова апостола Павла следующим образом: "Если я говорю языками человеческими, и если бы я, даже, мог говорить языками ангельскими (хотя их не существует на самом деле), то это ничего бы не значило, если я не имею любви. А поэтому не стоит делать ударение на дарах чудотворения, а стоит обратить внимание на любовь".

Нужда в истолковании 1 Коринфянам

Иногда ссылаясь на то, что языки, о которых идет речь в Послании к Коринфянам, нуждаются в истолковании, а языки, о которых идет речь в Деяниях Апостолов (глава 2), не нуждались в истолковании, делают заключение, что в Послании к Коринфянам речь идет об экстатическом говорении. Чудотворная сущность говорения на ином языке, которая могла оказать особое воздействие на неверующих, заключалась в том, что благодаря чудесному истолкованию, неверующие могли понимать сказанное. Без такого истолкования сказанное не имело бы для них никакого смысла. Эффективность говорения на ином языке в качестве знамения заключалась в том, что оно в корне отличалось от экстатического бормотания, применявшегося в языческих религиях. С другой стороны, удивляющим людей фактором в день Пятидесятницы было то, что не палестинцы, пришедшие в Иерусалим слышали говорящих их родными языками простых галилеян, которые никак не могли знать этих языков (Деян.2:7). В Коринфе дар истолкования был нужен не потому, что они говорили на несуществующих языках, а потому что все присутствующие говорили только на одном или двух языках (греческом и латинском). В день Пятидесятницы истолкование не нужно было поскольку там были собраны жители многих стран, говорившие на своих языках (Деян.2:8-11).

Обвинение в пьянстве в Деян.2:13

Некоторые утверждают на основании того, что учеников обвинили в том, что напились вина, что они говорили в экстазе. Однако, нужно заметить, что такое обвинение выдвигали не пришедшие в Иерусалим, а местные жители ("другие" в Деяниях 2:13 означает, что речь идет не о пришедших из разных стран, как это понятно из контекста). Таким образом, данное обвинение выдвинули жители Палестины, к которым обратился апостол Петр (Деян.2:14). Они не понимали тех языков, на которых говорили ученики. Для них речь казалась непонятным "бормотанием", как это бывает у пьяных. Не палестинцы же, понимавшие учеников, не выдвигали такого обвинения, но напротив изумлялись и недоумевали (Деян.2:12), поскольку они видели, что эти галилеяне не могли знать их языков, но, тем не менее, ясно говорили на них.
На наш взгляд, мы становимся на "скользкую почву", когда настаиваем на теории двух говорений на иных языках. И существуют солидные предпосылки для того, чтобы считать, что все упоминания о говорении на иных языках в Новом Завете относятся к одному и тому же виду говорения. Давайте рассмотрим эти доказательства.

Постоянное употребление выражения "глосса" в греческом тексте

Греческое слово "глосса" можно перевести "говорение в экстазе".
Однако в других случаях в Новом Завете это слово употребляется в значении "говорить на ином языке". В греческом тексте Нового Завета слово "глосса" встречается тридцать раз и всякий раз оно означает говорение на известном на земле языке. А поэтому считать, что только в 1 Коринфянам, в главах 12-14 это слово употреблено в другом значении, значит поставить самих себя на "лингвистический лед".

Знамение для неверующих

"Итак языки суть знамение не для верующих, а для неверующих..." — сказано в 1 Коринфянам 14:22. Кажется нелогичным, чтобы экстатическое говорение, которое может служить для назидания самого себя, могло служить знамением для неверующих. Это, конечно, возможно, но маловероятно. Нечто странное и непонятное, чем и является говорение на иных языках, скорее произведет на неверующих отталкивающее впечатление и приведет их к заключению, что христианская церковь — это группа людей, находящихся не в своем уме!
Если неверующие знакомы в какой-то мере с говорением на иных языках, то они могли познакомиться с ними в контексте языческих религий, которым свойственно экстатическое бормотание. И если они услышат что-либо подобное в христианской среде, то посчитают христианство подобным языческим религиям. Однако, если кто-то из верующих говорит на иностранном, реальном языке, которого он не учил, это может быть знамением силы Божьей, особенно в том случае, когда говорится о том, о чем говорилось учениками в день Пятидесятницы: "говорящих о великих делах Божиих" (Деян.2:11).
Когда апостол Павел переходит к теме говорения иными языками в 12-ой главе 1 Послания к Коринфянам, он не делает какого-то специального объяснения, из которого было бы видно, что речь идет о чем-то другом, чем в Деяниях, во 2-ой главе. Кажется очевидным, что он подразумевает, что речь идет о хорошо известном знамении, которое впервые произошло в день Пятидесятницы. У нас нет никаких оснований думать, что он имел в виду нечто другое, если он сам не говорит конкретно об этом.

Павел и Исаия

Апостол Павел конкретно указывает на то, что в 1 Коринфянам, в 12-14 главах он имеет в виду иностранные языки: "В законе написано "иными языкам и иными устами буду говорить народу сему, но и тогда не послушают Меня, говорит Господь" (1Кор.14:21).
Здесь апостол Павел приводит цитату из книги пророка Исаии 28:11-12, где пророк предсказывает, что наступит такое время для Израиля, когда к нему будут говорить на языческих языках, и это будет знамением Божьего суда над ним. Далее Павел говорит, что иные языки, о которых идет речь в 14-ой главе 1 Коринфянам, являются частичным исполнением этого пророчества.

Не заниматься многословием

В Матфея 6:7 Христос призывает Своих учеников не заниматься бессмысленными повторениями, когда они молятся. Греческое слово "баталогессете", переведенное как "многословие", состоит из двух частей: "бата", которое не слово, а звук, и слова "логео", означающего "говорить". Таким образом, все это слово передает идею "говорить необдуманно". Этот стих можно было бы перевести следующим образом: "Не говорите "бата, бата, бата, бата", когда вы молитесь". Иисус учил Своих учеников не повторять на молитве бессмысленные звуки. Говорение на иных языках — это одна из форм молитвы. Может ли Дух Святой поощрять верующего говорить снова и снова неизвестные слова, если Господь Иисус Христос запретил это делать?

"Истолкование" означает перевод неизвестного языка

В 1 Коринфянам 14:13 апостол Павел говорит: "А потому говорящий на незнакомом языке молись о даре истолкования". Греческое слово, переведенное как "истолкование" — "диерменео". Это глагол, и производное от него существительное обычно означает перевод иностранного языка, а не объяснение экстатического говорения. Роберт Гандри комментирует: "Хотя этот глагол и может означать изъяснение таинственного высказывания, его употребление в Новом Завете исключает такое его значение. В Библии слово "эрменео" встречается 21 раз (за исключением глав 12-14 1 Коринфянам) и 18 раз оно означает перевод, 2 — истолкование и 1 раз употребляется в переносном значении".

Язык иностранцев

Обратите внимание на то, как апостол Павел прямо сравнивает говорение на иностранных языках с говорением на реально существующих иностранных языках: "Сколько, например, различных слов в мире, и ни одного из них нет без значения; но, если я не разумею значения слов, то я для говорящего чужестранец, и говорящий для меня чужестранец" (1Кор.14:10-11). Ясно, что говорение, о котором здесь говорит апостол Павел — это говорение на языках, которые существуют в мире. Более того, греческое слово "барбарос", переведенное как "чужестранец", означает того человека, который говорит на известном на земле языке.
Сравнение между говорением на ином языке и звуками, издаваемыми гуслями и свирелью (1Кор.14:7-10) приведено для того, чтобы показать, что независимо от того, кто или что издает звуки, они должны быть различимыми и должны что-то обозначать. Апостол не имеет в виду, что говорение на ином языке может быть бессловесным наподобие музыкальных звуков. Напротив, произносимые слова должны быть отличаемыми в каком-то конкретном языке, как звуки, издаваемые музыкальным инструментом должны соответствовать нотам, чтобы получилась определенная мелодия.
Учитывая вышеизложенные доказательства, мы должны прийти к заключению, что Новозаветное говорение на иных языках должно быть говорением на понятном, известном языке.

Почему иные языки?

Сторонники харизматического движения почти единодушно утверждают, что главная цель иных языков — это личное назидание. Такое мнение основано на двух вещах: во-первых, на словах апостола Павла, сказанных в 1 Коринфянам 14:4: "Кто говорит на незнакомом языке, тот назидает себя..." и во-вторых, на личном опыте тех, кто говорит на иных языках. Но, если мы постараемся исследовать Св. Писание в том, что оно говорит о дарах, то найдем ясные доказательства того, что это не так.
Во-первых, текст 1 Коринфянам 14:4 не поможет нам установить цель, с которой даны иные языки, поскольку в этом стихе говорится о назидании как о побочном эффекте говорения на иных языках. Так, например, на основании того, что имеющий дар евангелизма, получает Новозаветный образец и практика наших дней личное назидание тогда, когда исполняет свое служение, мы не можем сказать, что дар евангелизма дан для личного назидания. Подобно этому цель дара иных языков не заключается в личном назидании. Когда апостол Павел говорит, что "говорящий на ином языке назидает самого себя", он этим не хвалит коринфян за высокую духовность!
Напротив, он осуждает их за неправильное пользование этим фактом. Я думаю, что сжатость языка апостола Павла порождает некоторые проблемы в понимании его посланий. Чтобы показать это, обратим наше внимание на 1 Коринфянам 11:21. Осуждая коринфян за неправильное их поведение во время вечери Господней, свою критику он выражает следующими словами: "Ибо всякий поспешает прежде других есть свою пищу, так что иной бывает голоден, а иной упивается" (1Кор.11:21).
Он просто констатирует факт. То же самое он делает и в 1 Коринфянам 14:4. В обоих случаях он описывает их фактическое поведение с целью обличить их. Итак, мы видим, что апостол Павел не поощрял говорение на иных языках с целью назидания человека самого себя.
Использование любого дара с целью личного назидания — это проявление самолюбия. В Коринфской церкви использовали дар говорения на иных языках именно с такой целью. Вместо того чтобы стремиться к назиданию всей церкви (1Кор.12:7), отдельные члены старались назидать самих себя.
Это одна из причин, почему апостол Павел поместил содержание 13-ой главы сразу же после 12-ой. В этой главе он говорит: "любовь не ищет своего" (1Кор.13:5). Использование любого дара для личного назидания — это, таким образом, не только нарушение той цели, для которой он дан, но и нарушение этики христианской любви. Таким образом, слова апостола Павла о том, что говорящий на ином языке назидает самого себя, — это не одобрение, а осуждение!
Более того, этот прием выражения мысли в посланиях апостола Павла встречается довольно часто. Он показывает, где его читатели находятся (говорят на иных языках для личного назидания), а затем показывает, где они должны были быть (языки даны как знамение против Израиля 14:21-22). Это обычный прием апостола Павла — сначала отождествить себя с теми, кого он хочет обличить, включив их в свою "команду", а затем, постепенно раскрывая свою мысль, перейти обратно к тому, что говорил в начале.
Так например, желая обличить коринфян в их тенденции к половой распущенности, он начинает свою мысль словами "Все мне позволительно" (1Кор.6:12). Так говорили они сами, и апостол Павел в начале соглашается с ними. Но потом, излагая свои аргументы, он говорит: "Или не знаете, что совокупляющийся с блудницею становится одно тело с нею? ибо сказано: "два будут одна плоть" (1Кор.6:16) В заключение он говорит: "Бегайте блуда..." (1Кор.6:18) Итак, сначала он соглашается с ними, что находящимся под благодатью все позволено. Однако, заканчивая изложение всей своей мысли, он призывает их бежать от полового греха!
Подобным образом, в 1 Коринфянам 14:4 апостол Павел начинает свою мысль тем, что было у них (говорение на иных языках с целью личного назидания). Затем он постепенно открывает им, что не в этом истинная цель, для которой дан этот дар, и что они им неправильно пользуются! Апостол Павел ясно говорил, что "он сделался для всех всем", то есть, что он всегда учитывал эмоциональное состояние тех, с кем имел дело. Вот почему на первый взгляд может показаться, что он с одобрением относился к назиданию самих себя говорением на иных языках. Такой метод изложения мысли вообще характерен для апостола Павла, и примеры этого можно встретить во многих его посланиях.
Мы уже имеем две причины, по которым нельзя считать, что дар иных языков дан только с целью личного назидания. Мы увидим еще больше причин, когда будем рассматривать вопрос о том, с какой целью был дан дар иных языков. Для чего же были даны языки?

Знамение

Апостол Павел излагает цель, с которой были даны иные языки: "В законе написано: "иными словами и иными устами буду говорить народу сему, но и тогда не послушают Меня, говорит Господь". Итак языки суть знамение не для верующих, а для неверующих; пророчество же не для неверующих, а для верующих" (1Кор.14:21-22).
Итак, языки — это знамение для неверующих. Греческий предлог "ейс", переведенный как "для", указывает на цель. Апостол Павел, таким образом, указывает на то, что иные языки — это не только знамение, но что они и должны быть таковым. Подобное выражение встречается в Новом Завете десять раз (например, когда речь идет о знамении) и в каждом случае оно указывает на цель. Таким образом, мы имеем ясное указание на цель, с которой даны иные языки. Они есть знамение для неверующих.
Более того, цитируя место из Ветхого Завета (Ис.28:11-12), как мы уже заметили ранее, апостол Павел говорит об иных языках как о знамении суда над "народом сим". Из контекста ясно, что речь идет об иудеях (евреях). Объединяя эти два высказывания вместе, мы приходим к заключению, что иные языки даны как знамение для неверующих иудеев.
Для того чтобы понять более ясно, о чем идет речь, полезно хотя бы кратко ознакомиться со всей 28-ой главой книги пророка Исаии. Она была написана в последние годы царствования царя Иудеи Езекии (705-701 гг. до Р.Х.). В 722 году до Р. Х. ассирийцы вторглись в Палестину и уничтожили Северное Царство, называвшееся Израилем. В 705 году пророк Исаия предупредил правителей Южного Царства или Иудеи, что то, что случилось с Израилем (28:16), может случиться и с Иудеей (28:7-15). Исаия упрекал правителей Иудеи за то, что они не доверяли Господу, а надеялись на помощь Египта в их борьбе с Ассирией (28:15; 30:1, 2; 31:1).
Исаия обвиняет вождей Иудеи в том, что они увлекаются пьянством. Он говорит: "Но и эти шатаются от вина и сбиваются с пути от сикеры; священник и пророк спотыкаются от крепких напитков; побеждены вином, обезумели от сикеры, в видении ошибаются, в суждении спотыкаются, ибо все столы наполнены отвратительною блевотиною, нет чистого места" (Ис.28:7-8).
Другими словами, пророк Исаия называет их сборищем пьяниц.
Вполне понятно, что им не понравилось такое обличение, и они стали насмехаться над пророком, что видно из следующего стиха. Они назвали учение пророка слишком упрощенным и детским. По их мнению, он пытался учить их как маленьких детей. Они говорили: "Кого хочет он учить ведению? И кого вразумлять проповедью? Отнятых от грудного молока, отлученных от сосцов матери?" (Ис.28:9).
Они насмехались над Исаией, как над наивным моралистом. Они считали себя зрелыми и свободными и не нуждающимися ни в каких поучениях. "Исаия, по-видимому, считает нас детьми, и его учение расчитано на детей". В следующем стихе они карикатурно изображают его учение: "Ибо все заповедь на заповедь, заповедь на заповедь, правило на правило, правило на правило, тут немного и там немного" (Ис.28:10).
Его заповедь они считали крайне скучной и повторяющейся. В следующих стихах Исаия произносит приговор о грядущих Божьих судах.
Эти стихи и цитирует апостол Павел, применяя их к говорению на иных языках, имеющему место в Коринфе в первом веке. Исаия указывает на то, что поскольку они не хотели слушать простой проповеди на их родном языке, Бог заговорит к ним на языке, которого они понимать не будут, т.е. на ассирийском языке.
Ис.28:11 — "За то лепечущими устами и на чужом языке будут говорить к этому народу".
Язык ассириян казался иудеям лепетанием. За их неверие и отступничество Бог предсказал грядущее наказание. И в это наказание входило также знамение иных языков. Теперь они уже и не могли понимать того, что им говорилось. Наказание народом, говорившим на чужом языке, было частым явлением в Ветхом Завете. Во Второзаконии 28:15-68 (см. особенно 28:49) Моисей предсказал вторжение в Палестину, случившееся в 70 году Р.Х. Он особенно подчеркнул тот факт, что евреи не будут понимать языка своих завоевателей. О том же самом говорится и в Иеремии 5:15. Говорение на иных языках было символом Божьего суда для израильтян. Оно всегда означало, что поскольку израильтяне не хотели слушать Бога, говорившего к ним на их родном языке, Он заговорит к ним на чужом языке. Таким образом, знамение иных языков, о которых говорит пророк Исаия — это знамение не спасения, а знамение Божественного осуждения за то, что они, по своему жестокосердию, не хотели слушать Божьи увещевания, а потому теперь Бог скрывает Свои истины от них.
Теперь нам легче понять, почему апостол Павел применил это место Священного Писания по отношению к коринфской церкви (1Кор.14:21-22). Иные языки — это знамение Божьего суда. Во времена пророка Исаии Бог говорил о суде над Израилем. Язык ассирийцев должен был послужить знамением для иудеев о совершающемся над ними суде.
Израильтяне в 1-ом веке снова отступили от Бога, а потому апостол Павел говорит, что Бог послал знамение иных языков, как знамение суда.
Период Божьего благоволения к израильтянам пришел к концу. Их отвержение посланного к ним Мессии означало, что над ними должен совершиться
Похожие статьи:
02. Работа Святого Духа
            1. Покаяние от Духа. Божий Дух Св...
Петер Майер. Пятидесятническое движение в прошлом и настоящем
Кто противостоит пятидесятничеству и неопятидесятничеству (харизматике) и последовательно предупрежд...
15. Исполнение Святым Духом
Когда мы обратились к Господу в покаянии, в нашу жизнь вошёл Дух Святой. Он стал жить в нас, наст...
А. Бринза. Личность, служение и действия Духа Святого
Данная тема очень важна и имеет практическое значение для каждого верующего человека. В наше врем...
22. Жизнь в Теле Христа
Апостол Павел представил в своих посланиях удивительное откровение о Церкви, что все мы, верующие...
А. Мельников. Незнакомый язык вчера и сегодня
Пожалуй, нет никакого другого места в Св. Писании, которое вызывало бы сегодня столько споров и р...
RSS
Нет комментариев. Ваш будет первым!
Загрузка...